AZN = 41.01 RUB
USD = 69.57 RUB
EUR = 80.65 RUB
BRENT = 78.31 USD
Новости дня

Политолог, журналист-международник Мэлор Стуруа: В Сирии сейчас идет репетиция Третьей мировой войны

Политолог, журналист-международник Мэлор Стуруа: В Сирии сейчас идет репетиция Третьей мировой войны

Инесса Рассказова    "Москва-Баку"
27.06.2017 00:29
Фото: Google
Фото: Google

Корреспондент "Москва-Баку" позвонила в Миннеаполис легендарному политологу, патриарху международной журналистики Мэлору Стуруа, чтобы поговорить с ним обо всех самых актуальных вопросах мировой политики.

Начиная с кризиса в Персидском заливе, продолжая угрозой импичмента для Дональда Трампа, странными маневрами натовских истребителей, вероятностью Третьей мировой войны и, наконец, проблемой нагорно-карабахского конфликта, которая, по мнению Мэлора Георгиевича, увы, не имеет решения.

Мэлор Стуруа Фото: Tvrain
Мэлор Стуруа Фото: Tvrain

- Мэлор Георгиевич, о кризисе в Персидском заливе новости поступают каждый день, и одна парадоксальнее другой. От Катара требуют выдворить из страны всех террористов, заплатить некую контрибуцию, размеры которой не называются, закрыть телеканал "Аль-Джазира", эти нелепые требования льются на Катар, как из рога изобилия, и сама проблема возникла из ничего. Что вы об этом думаете?

- Выдворить всех террористов – это очень забавно, понять бы только, кто они, где они находятся, и, наконец, куда именно их выдворять! Комментировать все это можно очень долго, Катар по каким-то причинам решили "вычленить" из кроссворда, но… 

На мой взгляд, Катар при всей своей местной серьезности – не тот вопрос, который потрясает весь регион. Мне кажется, проблема Катара может решиться в любой момент и самым неожиданным образом. Во-первых, у Катара может смениться руководство, во-вторых, Катар может настолько сблизиться с Соединенными Штатами, что другие государства сочтут необходимым вновь искать дружбы Катара.

- Но кому-то он серьезно помешал.

- Помешал, безусловно. То, что делается с Катаром другими мусульманскими странами, тем не менее, не в состоянии что-то фатально нарушить в Персидском заливе, если Соединенные Штаты не одобрят такой остракизм в отношении Катара. Без вашингтонской печати здесь не обойтись. А такую печать Саудовская Аравия может и не получить.

Я бы предложил рассматривать всю ситуацию в арабском мире с точки зрения владения ядерным оружием. Ядерное оружие находится в распоряжении Израиля, и это сдерживает не только Саудовскую Аравию, но и Иран. Тель-Авив приходит в бешенство, когда слышит о том, что Иран может стать ядерным государством. Путин рассказывал в интервью Стоуну о том, что сами физики-ядерщики охотно передавали секреты создания ядерного оружия ради равновесия, и разведчики играли роль курьеров, передающих Москве информацию. 

Равновесие, присутствующее во всем мире, нарушено именно в Персидском заливе, на Ближнем Востоке. Потому что Израилю, обладающему ядерным оружием, никто там не противостоит. Если у Ирана, или Саудовской Аравии тоже появится ядерное оружие, это не приведет к катастрофе, а скорее подтолкнет к выходу из создавшегося тупика.

Вообще, на Ближнем Востоке существуют гораздо более болезненные факторы, чем блокада Катара. Это, в частности, Сирия и тема урегулирования палестино-израильского конфликта. Сейчас зять Трампа Кушнер отправляется на Ближний Восток, чтобы найти решение этой проблемы. Здесь мне кажется, что президент Трамп, несмотря на все свои фокусы, действительно пытается что-то сделать. Получится это у него, или нет – это другой вопрос. Но то, что он снова хочет расшевелить этот застоявшийся конфликт – это факт. Кушнер встречается и с Нетаньяху, и с палестинскими лидерами. У него будут встречи и там, и там. Мне кажется, сам этот подход выглядит для нас слишком рискованным, но он может дать какие-то подвижки, посмотрим, чем закончится.

Джаред Кушнер Фото: Google
Джаред Кушнер Фото: Google

- Расшевелить в хорошем, или плохом смысле?

- В том смысле, что этот конфликт находится в состоянии замерзания, Трамп здесь хочет стать вторым Картером. Как Картер в свое время добился определенных соглашений между Египтом и Израилем. Трамп чувствует, что это тот самый "обед", где можно заработать Нобелевскую премию, как это случилось с Картером. Если Трамп здесь действительно чего-то добьется, то Нобелевская премия мира ему обеспечена.

- Как вы лично восприняли президентство Трампа?

- Если говорить честно, я ожидал, что на выборах победит Хиллари Клинтон. Но вот что интересно: я знаком с большой группой профессоров, и когда я их опрашивал, все они в один голос говорили: "А мы за Трампа!". Я спрашивал: "Почему?" и слышал следующий ответ: "То, что будет при Хиллари мы уже знаем, и это нас не волнует. Не колышет. Мы все это уже проходили. А Трамп сам по себе несет какие-то перемены и сейчас Соединенным Штатам нужны такие перемены!".

Вот теперь мы смотрим, какие перемены Трамп с собой несет. В действительности он, если серьезно взглянуть на его 160 президентских дней, не только негативен. Конечно, самое его негативное – это его попытка свою версию "Obama care" провести через Конгресс. Если этот момент здравоохранения вы как-то вынесете за скобки, то что он такого делает? Он пытается, по сути дела, смягчить санкции против России. Он пытается сдвинуть с точки замерзания положение на Ближнем Востоке. В Афганистан он не хочет лезть, и здесь он прав, потому что никто еще не побеждал Афганистан. Поэтому Трамп передал военным Афганистан на их усмотрение. 

Теперь его позиция в отношении НАТО и Европейского Союза. Трамп говорит: "Позвольте, вы хотите, чтобы я вас всех тащил за собой? А где ваш план?". Почему Трамп не может потребовать от европейских государств, чтобы они что-то сделали? Он исходит из того, что они живут за счет Соединенных Штатов, за счет их долларов, их ядерного оружия, их силы. Он готов многое для них сделать, но он должен понимать, что он может от них получить. То есть Трамп действительно раскачал всю эту вашингтонскую ситуацию, или, как он сам выражался, "высушить вашингтонское болото".

Потом, мы не знаем точно, признаваясь откровенно, что означает "российское вмешательство в выборы". Как оно проявлялось. Мы не знаем. Хорошо, были встречи с Кисляком. Но если происходит такая встреча, то очевидно же, что там не только произносятся комплименты друг другу. Как не обсуждать самую главную проблему санкций? Другое дело, что они, вот эти люди, которые встречались, не пожелали сознаться, что разговор шел о санкциях, и в некотором смысле это было благоразумно. Только они забывали, что их разговоры прослушиваются ФБР. Естественно, если ты скрываешь, значит, что-то с тобой не так. На этом погорел Флинн. Флинн погорел не столько на том, что вместе с Путиным сфотографировался на каком-то там мероприятии, он погорел на том, что не рассказал открыто, что санкции обсуждались. Если бы он это сказал, что можно было бы ему на это возразить? Что еще он мог обсуждать? Представьте себе, что вы, предположим, Флинн. Вы встретились с Кисляком в "Trump Tower" в Нью-Йорке, ну хорошо, вы поздороваетесь, перекинетесь фразами… А потом? О чем вы будете с ним говорить? Разумеется, о санкциях. Те, кто сейчас "завалил" Флинна – большие лицемеры.

Трамп тоже, на мой взгляд, совершил ошибку, "струханув" и сняв со своего поста директора ФБР Коми. Он не должен был этого делать. Снятый с должности Коми освобожден от каких-то обязательств, он может свободно действовать. Оставаясь же директором ФБР, Коми находился бы под юрисдикцией и министра юстиции, и президента. Теперь ни президент, ни министр юстиции над ним не хозяева.

- Скажите пожалуйста, а вы верите во вмешательство России в президентские выборы в США?

- И верю, и не верю. Верю, что, может быть, имели место действия неких хакеров, но не верю, что это могло быть государственным решением, которое принималось на самом верху. И потом, хакеры – что они могли изменить? Что?! Трамп победил не потому, что хакеры куда-то проникли, а потому, что в решающих штатах рабочий класс проголосовал за Трампа, в тех Штатах, которые давали ему превосходство в коллегии выборщиков.

Фото: Google
Фото: Google

- Как вы считаете, что главным образом мешает нормализации российско-американских отношений?

- Самое главное, что мешает улучшению российско-американских отношений – это, конечно же, стремление органов безопасности свалить Трампа. Естественно, органы безопасности существуют не сами по себе, ими пользуются определенные политические круги, но факт остается фактом. Они хотят добиться импичмента Трампа, который закончится его уходом. И вот это не позволяет Трампу сделать то, что он хотел.

Посмотрим, как пройдет встреча в Гамбурге Трампа и Путина, как они лично сойдутся и что у них получится. Хотя я не считаю эту встречу какой-то решающей. Трамп хорошо относится к России, и его желание ликвидировать санкции абсолютно искреннее. Однако он настолько "повязан" всеми этими службами, что ему не хватает простора для свободных действий.

- Мэлор Георгиевич, в последнее время происходят некие события, оставляющие впечатление нарастающей тревоги. К самолету министра обороны России приближаются и пытаются его сопровождать истребители НАТО, пассажирский самолет "Москва-Барселона" тоже подвергается какому-то странному сопровождению с расстоянием в полтора метра между крыльями. Наконец, сбит сирийский истребитель, в то время как вполне очевидно, что Сирия – союзник России, и это явная провокация.

- Я вам скажу так: как летают самолеты, и как они на кого действуют – вопрос очень скользкий. С одной стороны, сопровождение самолета Шойгу может быть проявлением какой-то местной стратегии, а с другой – отражением чего-то серьезного.

Предположим, летит российский, или американский самолет. На него с противоположной стороны заходят другие самолеты и начинают заниматься "фанаберией" вокруг него. Как вы думаете, это решение было принято где? В российском Пентагоне, вашингтонском, или еще выше – в Белом доме, или Кремле? И это решение нужно было еще довести до пилотов. Иногда у меня возникают сомнения: доходит ли это до Белого дома и Кремля, или решается еще ниже, на уровне министерства авиации.

В то же время: если сейчас президенты России и США едут в Гамбург с целью приблизиться друг к другу, самолеты будут летать спокойно. Я почему-то сейчас вспоминаю знаменитую историю о том, как в Париже должны были встретиться Эйзенхауэр и Хрущев. Но они не встретились. Почему? Американский самолет-разведчик У-2, летевший над СССР, был сбит. Он же мог не лететь? Стоит заметить, что все это случилось как-то очень кстати и для Хрущева, и для Эйзенхауэра. Ни тот, ни другой не хотели встречи в Париж, искали повод, и повод не заставил себя ждать.

Фото:
Фото: "Звезда"

Соответственно, если у Трампа и Путина будет истинное  желание встретиться и улучшить отношения, то и летчики получат соответствующие приказы. Самостоятельность различных эшелонов в министерстве авиации не сыграет роли, если поступит стратегическое указание…

Сирийский истребитель? Одна из тех провокаций, которые мы постоянно наблюдаем в Сирии, где сейчас идет репетиция Третьей мировой войны, но каждая из провокаций отмерена до миллиметра.

- Репетиция может перерасти во что-то большее?

- Я не знаю, если эрцгерцога Фердинанда кто-нибудь убьет (убийство эрцгерцога Фердинанда стало поводом для начала Первой мировой войны – прим. ред.) … Но я все-таки не вижу такой возможности. Китай и Соединенные Штаты в данный момент к этому не готовы. Они и не хотят этого. Сейчас Третьей мировой войны никто не хочет. Я имею в виду не каких-то отдельных людей, а силы, управляющие нашей планетой. Кроме того, я не вижу ни Гитлера, ни Сталина, отсутствия такого рода фигур тоже говорит о том, что вряд ли Третья мировая война может начаться внезапно. Вползание происходит, однако оно настолько медленное, что это можно сравнить с ползущей по экватору черепахой. Способна ли она с присущей ей скоростью обогнуть земной шар? Нет. Хотя, конечно, лучше бы она не ползла…

Сирия – очень сложный узел. Там замешано множество различных сил. Там может вспыхнуть огнеопасная ситуация, сама Сирия ее не вызовет. Что бы ни исходило от самой Сирии, ни Россия, ни Соединенные Штаты войны из-за этого не начнут. Но на территории Сирии, или над ее территорией теоретически может случиться что-то аналогичное убийству эрцгергоца Фердинанда. Я считаю, что эта репетиция, которую мы наблюдаем в Сирии, не перерастет в спектакль.

- Вы упомянули во время нашего разговора фильм Стоуна о Владимире Путине. В США этот фильм приняли неоднозначно, сочтя, что Стоун был недостаточно жесток и полностью оказался во власти обаяния своего собеседника, не задав ему ряд важных вопросов. О чем Стоун не спросил президента России, а следовало бы?

- Впечатление от фильма не очень большое. Сам факт такого продолжительного интервью интересен, а существо того не стоит. Там ничего нового не было, по сути дела. Когда ты видишь все это, ты мысленно можешь задавать вопросы и отвечать на них, это примерно, как один человек танцует за двоих.

Главного вопроса Стоун не задал, это правда. Этот вопрос звучит так: "Кто вы?".

- По аналогии с «Кто вы, доктор Зорге»?

- Не совсем (смеется)... Ответа бы он, конечно, не получил. Но это был самый главный вопрос. А смысл таков: "Кто вы такой и чего вы хотите от земного шара?".

- Вы считаете это загадкой?

- Да, это большая загадка. Связанная в том числе и с внутриполитическим положением в России. Пойдет ли Владимир Путин на выборы в 2018 году, и пойдет ли в 2024-м, что за это время произойдет.

- Мы обсуждали палестино-израильский конфликт, на решении которого Трамп надеется заработать нобелевскую премию мира, но в мире существует еще один затяжной, тяжелый и крайне болезненный конфликт. Нагорный Карабах. Кто мог бы помочь решить его, и как это сделать?

- Как ни горько это сознавать, но, по моему мнению, решить проблему Нагорного Карабаха не в силах никто. У нее не существует решения, по крайней мере, в данный момент. Слишком глубоко затронуты интересы двух народов, и любая уступка со стороны президентов Азербайджана или Армении будет негативно воспринята народом этой страны…