AZN = 39.39 RUB
USD = 66.82 RUB
EUR = 75.71 RUB
BRENT = 60.19 USD
Новости дня

Актер бакинского Театра Русской драмы Ярослав Трифонов: Нагорный Карабах - это наша общая боль

Актер бакинского Театра Русской драмы Ярослав Трифонов: Нагорный Карабах - это наша общая боль

Инесса Рассказова    "Москва-Баку"
14.09.2018 13:34
Фото из личного архива Ярослава Трифонова
Фото из личного архива Ярослава Трифонова

27 сентября в кинотеатрах Азербайджана выйдет на экраны художественный патриотический фильм «Противостояние». Об этом фильме, съемки которого проходили в Майами и Нью-Йорке, Париже и Стамбуле уже сейчас говорят, как о снятом по голливудским стандартам.

Актер бакинского Театра Русской драмы, сыгравший во множестве детских спектаклей, Ярослав Трифонов признается, что в «Противостоянии» ему наконец-то досталась роль положительного героя, в то время как обычно в кино его словно преследуют образы плохих, или очень плохих персонажей. В «Противостоянии» он – полковник московской милиции Вадим, приехавший в Москву из Гянджи, который искренне и бескорыстно поможет главному герою в поисках убийц брата.

А в главной женской роли снялась очень интересная актриса – красавица и модель, которая одновременно служит в азербайджанском спецназе, Теграна Бахрузи.

«Противостояние» - фильм не только об убийстве, мести и любви, он и о Нагорном Карабахе, где наряду с художественными съемками будет показана документальная хроника не стихающей уже четверть века войны.

В интервью «Москва-Баку» актер Ярослав Трифонов рассказывает о премьере, которую осталось ждать совсем недолго, и о себе.

- Ярослав, вы помните свои мысли, ощущения во время чтения сценария «Противостояния»? Вам сразу понравилась идея, сюжет, или присутствовали какие-то сомнения?

- Сомнений как таковых не было, мне сразу понравился и сценарий и сама тема – животрепещущая, поэтому я сразу согласился. Нагорный Карабах – это близко каждому сердцу, и моему в том числе, все это происходило и происходит на моей земле, нашей земле. Я – бакинец, пусть не по рождению, я родился в Грозном, но в Баку живу с четырех лет, здесь я сделал первые шаги на сцене, когда мне было шесть, здесь прожил всю жизнь. Мои родители вырастили меня, можно сказать, в театре. В Театре Русской драмы. Мой отец из Баку, но в свое время приехал на стажировку в Грозный, там, тоже в театре, познакомился с моей мамой, она работала гримером. Через несколько лет мы переехали на родину отца, в Баку. Я рос за кулисами и в шесть лет сыграл свою первую роль, маленького князя Гвидона, которого посадили в бочку, засмолили и пустили в океан – кстати, я играю его до сих пор, уже взрослого, хотя по возрасту я ближе к царю Салтану…

Одним словом, я русский, но в Азербайджане меня тоже считают своим, я свободно говорю по-азербайджански, только дело даже не в этом… В Азербайджане к русским всегда хорошо относились, и сегодня ничего не изменилось. Когда русские после распада СССР начали массово уезжать из Баку, это был совершенно напрасный страх. Ни разу за все годы жизни здесь я не услышал в свой адрес ни одного плохого слова! Нас никто никогда не трогал! Мы жили и живем, как одна семья. Вместе отмечаем праздники – и православные, и мусульманские, мы здесь никогда не делили друг друга на своих и чужих. Азербайджанскому гостеприимству, доброму и уважительному отношению к другим народам, я считаю, нет аналогов. Азербайджанцы себя могут чем-то обделить, но гостя накормят, это просто потрясающая национальная черта характера. Теперь задумайтесь - разве я мог отказаться играть в фильме, посвященном нашей общей трагедии Нагорному Карабаху?

Фото из личного архива Ярослава Трифонова
Фото из личного архива Ярослава Трифонова

- Съемки проходили не только в Баку, но и в Париже, Стамбуле, Москве, Нью-Йорке и, как говорят, фильм соответствует голливудским стандартам. А вы готовы сказать честно: все получилось на достойном уровне, или все-таки есть недостатки?   

- Понимаете, самого фильма целиком я пока еще не видел, за исключением, разумеется, тех сцен, в которых снимался, и посмотрю впервые 27 сентября, в день премьеры в кинотеатрах. Поэтому мне пока сложно судить, насколько хорошо он получился, рассуждать о его достоинствах и недостатках. Тем более, что, как я слышал, по сравнению с изначальным сценарием, в процессе съемок многое поменялось. Могу лишь сказать, что человек, у которого убили брата на свадьбе в Москве, пошел добиваться правды и отомстить. Присутствует тема любви, ему помогает полюбившая его русская девушка. И действительно, присутствует документальная хроника, очень серьезные монологи и размышления о войне и, в частности, о том влиянии, которое оказывают на нее видные представители шоу-бизнеса и финансовых кругов армянской диаспоры.

Мой герой – Вадим, проживший двадцать лет в Гяндже и затем переехавший в Москву и дослужившийся до полковника. Я встречаю друга главного героя и по мере возможности помогаю ему в расследовании, причем действую под прикрытием! Наконец-то я оказался положительным героем, обычно в кино, в отличие от театра я играю отрицательные роли. Меня очень обрадовало, что я играю хорошего русского. Кроме того, нам сказали: если фильм понравится, его хорошо примут зрители, будет снято и продолжение. Таким образом, фильм превратится в сериал.

- Единственный упрек создателям фильма – почему «Противостояние»? Название сразу же навевает воспоминания о знаменитом советском сериале с таким же названием. Почему бы не придумать что-то новое?

- Я понимаю… Но ведь фильм снимается для современного зрителя, согласитесь, из современной молодежи мало кто смотрел старые советские фильмы, которые я, кстати сказать, очень люблю. И, не побоюсь этого слова: сейчас не умеют, не могут снимать так, как раньше…

В принципе, я думаю, сравнений никаких не будет. Если бы этот фильм показывался в России – то, может быть, и название оказалось бы другим...   

- В главной роли снялась Тиграна Бахрузи – как интересно, красавица, модель и действующий боец азербайджанского спецназа. Вы лично знакомы?

- Нет, не очень хорошо знаком. У меня было мало времени, я все-таки занят и в театральных постановках, поэтому я приезжал на съемочную площадку, делал свою работу, мы виделись мельком, но не более. А какой она человек, что из себя представляет, ее служба в спецназе – ничего не знаю, нам не удалось пообщаться… Симпатичная девушка! И больше, пожалуй, ничего не смогу добавить. 

/upload/iblock/ece/ece9e0a88f7f550e967f20131d0e80fc.jpg

- «Противостояние» - далеко не первая ваша работа в кино.

- Совершенно верно, недавно закончился показ сериала «Шелкопряд», в котором я тоже сыграл – теперь прохожие на улицах обращаются ко мне «Саша», потому что так звали моего героя. Вот так, нежданно-негаданно, настигла, можно сказать, популярность (смеется). Правда, и раньше происходили забавные эпизоды, когда вчерашние мои зрители, видевшие меня в детских спектаклях, сегодня повзрослевшие молодые люди, вдруг окликали и узнавали меня то - как князя Гвидона, то как старшего из братьев из «Кота в сапогах», то как героя «По щучьему велению…». И это всегда бывает так трогательно, в такие минуты чувствуешь, что прожил, пожалуй, не зря, хотя нередко хочется бросить профессию.

Перед детьми играть особенно сложно. Здесь нельзя выйти на сцену «вполноги», как порой позволяют себе актеры из взрослых спектаклей. Здесь все должно быть в полный рост, в полную силу. Ты должен так выложиться, чтобы ребенок поверил: ты - Иван-дурак. Или воевода. Или злодей. И - без малейшего оттенка фальши, иначе они просто не поверят тебе, они очень остро и тонко все чувствуют! Взрослый в глубине души понимает: это театр, и все понарошку. Ребенок не понимает этого. Он верит. Или не верит. Поэтому это особенно строгий зритель.    

Фото из личного архива Ярослава Трифонова
Фото из личного архива Ярослава Трифонова

- Вспоминается и римейк «Не бойся, я с тобой!», в котором вы тоже приняли участие. Правда, публика его очень резко критиковала. Справедливо?

- Да. Римейки почему-то часто не удаются. Согласитесь, что и продолжение «Иронии судьбы, или с легким паром», тоже не получилось, хотя я считаю, что российское кино находится сейчас на очень высоком, высочайшем уровне! И театр, в котором сохранилась старая, великая советская школа. Когда к нам в Баку приезжают московские или петербургские театры – зал всегда полон. Люди знают, что увидят настоящее искусство, искусство с большой буквы. А римейки – это в принципе, по моему мнению, неудачная идея и пустая трата денег. Да, по-своему это легко: не нужно заморачиваться, история уже готова. Но… Зачем? Зачем еще одна «Кавказская пленница», или «Берегись автомобиля», пусть и на современный лад? Единственное, что получилось – может быть, «Экипаж». Это неплохой фильм, хотя и тут проявил себя определенный штамп. Неужели кроме Данилы Козловского, который уже просто везде, нет других актеров?

Фото из личного архива Ярослава Трифонова
Фото из личного архива Ярослава Трифонова

- Почему на вашей страничке в социальных сетях написано: «Актер, но зачем – в Театре русской драмы»? Это такой юмор, или что-то философское, гамлетовское «Быть, или не быть…»?

- Скорее юмор и… правда жизни. Когда ко мне подходят молодые ребята и девушки, прося совета, говоря, что тоже хотят быть актерами, я горячо их отговариваю. «Лучше идите в программисты, финансисты, занимайтесь компьютерами, иностранными языками… Чем угодно!».

- Почему?

- Это сложный мир. Мир театра, мир искусства. Чтобы получить роль, нужно уметь найти подходы к режиссеру, где-то польстить, наговорить комплиментов, выпросить, а я все это ненавижу…

Этот мир всегда был таким. Сплошная игра. В этом мире лучше быть зрителем. 

Фото из личного архива Ярослава Трифонова
Фото из личного архива Ярослава Трифонова