AZN = 43.27 RUB
USD = 73.52 RUB
EUR = 88.88 RUB
Новости дня

A
Жительница Ходжалы Айнура Абышова: В ту страшную ночь у меня забрали детство и наполнили жизнь трагедией

Жительница Ходжалы Айнура Абышова: В ту страшную ночь у меня забрали детство и наполнили жизнь трагедией

"Москва-Баку"
22.02.2021 11:55

Фото: Из линого архива Абышовой
Фото: Из линого архива Абышовой

Приближается 29-я годовщина Ходжалинской трагедии. В ночь на 26 февраля 1992 года на небольшой азербайджанский город Ходжалы в Нагорном Карабахе численностью около 7 тысяч человек напали армянские вооруженные подразделения. Ими было совершено одно из самых чудовищных преступлений XX века - убийство с особой жестокостью 613 человек, в том числе 106 женщин, 63 детей и 70 стариков. В результате Ходжалинской резни 487 мирных жителя получили тяжелые ранения, 1275 человек были взяты в заложники и подверглись пыткам, судьба 150 из них до сих пор неизвестна. Одной из тех, кому в ту кровавую ночь удалось спастись из окружения, была пятилетняя Айнур Абышова. В интервью «Москва-Баку» она поделилась своими детскими воспоминаниями, которые навсегда остались в ее памяти.

- Расскажите вашу историю, как вы покидали Ходжалы? Кто был рядом с вами?

- Мне не исполнилось тогда еще пяти лет. Все говорят, что детские воспоминания стираются из памяти, но не в моем случае. Забыть тот страх и ужас, который я пережила в те холодные февральские дни, никогда не смогу. Я всегда с содроганием вспоминаю ночь, когда нам пришлось оставить свой дом. Сейчас даже не верится, что все это происходило со мной и моей семьей.

Мама говорит, что февраль 1992 года в ее памяти остался как самый холодный и снежный. В ночь с 25 на 26 февраля она уложила своих детей спать. В тот вечер мы были дома не одни. Это были тревожные дни, все родственники старались собираться в одном доме. Вот и с нами оставалась семья моего дяди. Ночью мы услышали стук в дверь, это был сосед. Он рассказал, что стрельба усиливается и предложил спуститься в подвал его дома, где к тому времени уже прятались несколько семей. Мама наспех одела нас, и мы направились к дому соседа. Но не дошли до него. Как оказалось, формирования уже вошли в Ходжалы, просто не все мирные жители знали об этом. Они начали по одному поджигать дома у окраины села, постепенно продвигаясь вперед. Были слышны крики женщин, детей. Кого-то убивали, кого-то брали в плен. Мужчины села пытались противостоять боевикам, но у многих не было оружия, поэтому их убивали на месте.

Мы с несколькими жителями села спрятались в одной из незаконченных построек. Это был строящийся дом, боевики обошли его стороной, так как думали, что там никого нет. Мы провели там долгие часы, но потом нас все-таки заметили. Они начали окружать дом, но в какой-то момент отвлеклись, и, воспользовавшись этим, мы стали по одному незаметно выбираться из этого строения. Был снег, огромные сугробы, нам просто повезло спрятаться в них и бежать в сторону леса. Но повезло не всем. Тех, кто не успел выбраться, застрелили на месте.

Мама, я и три мои сестры бродили по лесу, прячась от агрессоров. Три дня мы никак не могли найти выхода из леса в сторону города Агдам. Мама говорила, что там безопасно, там наши военные. Она все время нас успокаивала, говорила: осталось совсем мало, потерпите, скоро мы выйдем из леса. А мы были такие голодные. Три дня не ели, пили лишь талую воду. Обувь промокла, а ноги так замерзли, что я перестала их чувствовать. Мама разорвала подол платья и завернула в эти лоскуты наши ноги. Но обувь все равно была промокшей и скоро она стала такой тяжелой, что мы еле волочили ноги. Мама сказала нам снять обувь, потому что мы не успевали бежать за остальными. Ведь никто не хотел ждать, все мечтали поскорее спастись из этого ада. И вот, разувшись, босоногие, в эту зимнюю стужу, мы шли, не зная, когда это закончится.

В Баку есть монумент «Крик матери», посвященный жертвам Ходжалинской трагедии - мать несет на руках завернутого в одеяло ребенка. Это ведь все из реальной жизни, такая история произошла со многими жительницами Ходжалы… Старшая сестра стала замерзать, она не могла уже двигаться и в какой-то момент упала на землю. Нам показалось, что она перестала дышать. Тогда мама взяла ее на руки и несла ее до самого конца. Она все время дышала ей в лицо, согревая ее. А рядом семенили мы, остальные сестры, еле поспевая за мамой…

А в один момент я потерялась в лесу. Никогда не забуду этого. Неожиданно началась стрельба, и все люди разбежались. Я и моя двоюродная сестра от испуга оцепенели. Мы просто не могли сдвинуться с места от страха и усталости. Так мы потеряли из виду своих близких. Эта картина все еще перед глазами, может быть потому, что это был самый большой страх в моей жизни. Туманный лес. Я беззвучно плакала, боялась произнести звук, а вдруг нас услышат. Прошло два долгих часа в лесной глуши. Мама вернулась за нами и когда мы услышали ее тихий голос, окликавший нас, то были безумно счастливы. Я к этому времени уже не надеялась больше увидеть маму. Но она сказала, что все равно нашла бы нас и ни за что не оставила бы одних в этом страшном лесу. Это произошло на третий день. Вскоре нам удалось выйти к Агдаму, где военные и медики встречали тех, кто выходил из леса.

- Вы осознавали тогда, какую трагедию пережили?

- Нет, в тот момент я не понимала происходивших в Ходжалы событий. Но став взрослой, я осознала, какую трагедию мы пережили. В ту ночь у меня забрали детство и заполнили жизнь трагедией. Каждый год с приближением 26 февраля мои детские воспоминания возвращаются. Трагедия случилась 29 лет назад, но, кажется, будто это произошло вчера. Мне так обидно за свое детство. Я хотела бы его заново пережить, но чтобы оно было счастливым, жить в родном доме со своими игрушками и любимыми платьями.

- С какими эмоциями подходите к очередной годовщине Ходжалинской трагедии?

- В этом году эту дату я встречу по-иному, чем раньше. Мы одержали в войне победу, освободили оккупированные территории. Мы больше не будем тосковать по родным землям. В этом году мы встретим 26 февраля с гордо поднятой головой и покоем в душе. Я участвовала во многих мероприятиях за рубежом, где рассказывала о Ходжалинской резне. Для меня важно донести всю правду об этой трагедии мировому сообществу, чтобы оно не оставалось безучастным к нашей боли. Ходжалинская трагедия - это трагедия разрушенного за одну ночь города, боль семей сотен погибших жителей, а еще раненых, взятых в плен... Я сделаю все, чтобы об этой трагедии не забывали никогда. И очень хотела бы, чтобы события в Ходжалы признали геноцидом.

/upload/iblock/966/9669f5362d1fadafdad5766ba00060bc.JPG

- Как сложилась ваша жизнь после событий в родном Ходжалы?

- После Агдама мы долгое время размещались в санатории города Нафталан. В 2011 году в Геранбойском районе Азербайджана был построен городок для беженцев и там нам выделили дом. Я окончила школу, получила высшее образование, сейчас занимаюсь общественной деятельностью.

- У вас остались детские фотографии?

- Нет, мы же неожиданно покидали свой дом, ничего не взяли с собой. У меня совсем нет детских фотографий. У нас была жизнь вынужденных переселенцев, и в моем детстве не оказалось фотоаппарата или телефона с камерой. Поэтому я не знаю, какой я была в детстве (грустно улыбается).

- Хотели бы вновь оказаться в своем доме в Ходжалы?

- Очень! Я бы исполнила свою детскую мечту - нашла бы свои любимые игрушки, обняла бы их, погуляла по нашему уютному дворику. Мне часто снится Ходжалы. Хотя, когда я его покидала, мне еще не исполнилось пяти лет, тем не менее, я многое помню. Моя самая большая мечта - вернуться в Ходжалы, чтобы увидеть родную землю.