AZN = 44.94 RUB
USD = 76.35 RUB
EUR = 89.25 RUB
Новости дня

Сергей Станкевич: После пандемии в мире возникнет запрос на быстрые реформы в медицине и финансах

Сергей Станкевич: После пандемии в мире возникнет запрос на быстрые реформы в медицине и финансах

Олег Белозеров
06.04.2020 01:28
/upload/iblock/44b/44b204509f7418f47d3d5110a605d569.png

Пандемия короновируса – в самом разгаре. Еще месяц назад, когда главными его жертвами были такие страны, как Китай и Иран, многие думали, что в западных богатых странах, обладающих развитой медициной, появление вируса не станет большой трагедией. Однако получилось наоборот – сегодня США и западная Европа лидируют в мрачном рейтинге по числу зараженных и погибших. Казавшиеся самыми сильными страны «большой семерки» к эпидемии оказались совершенно не готовы.

Это вынудило многих политологов взяться за разработку прогнозов о том, чем же все закончится: возможно, разрухой, снижением уровня жизни по всей планете, а возможно, напротив, быстрыми, эффективными реформами, которые приведут нынешние страны среднего звена к быстрому процветанию.

О том, какие из прогнозов смотрятся более правдоподобно, в интервью порталу «Москва-Баку» рассуждает эксперт Фонда Анатолия Собчака, политический советник президента России в 1991-93 годах Сергей Станкевич.

– Сергей Борисович, как так вышло, что вроде бы самые мощные страны, либеральные демократии, вроде США и западной Европы, обнажили свою беспомощность перед лицом эпидемии? И можно ли уже сейчас делать выводы о том, как изменится наш мир, когда вирус будет наконец повержен?


– Сейчас, на втором месяце пандемии можно уже увереннее делать глобальные выводы, хоть и не окончательные. Есть три мировых взгляда на то, что представляет собой нынешняя пандемия.

В США утвердилось убеждение, что это «война в условиях неопределенности» – по Клаузевицу, который вновь стал популярен. Мы не

можем, говорит Дональд Трамп, ждать, пока ученые все досконально изучат, пока медики найдут лекарства и вакцину, пока промышленность создаст медицинскую технику и прочее. Мы на войне! И теперь все средства хороши.

Трамп взял себе по сути военные полномочия по законам 1940-1950-х годов. США отгородились от всех союзников. Перехватывают и перекупают чужие медицинские грузы. Заводы переводятся на работу под госзаказы. Уже десяток штатов полностью блокировано, в крупные города введена национальная гвардия с бронетехникой.

Второй подход предъявил Китай. Его ответ – чрезвычайное положение близкое к военному. Полная гражданская мобилизация. Полная блокада очага заражения, самопожертвование медиков, концентрация сил и ресурсов, массированное подавление угрозы. Это, действительно, оказалось эффективным средством, но не универсальным. Оно хорошо работает в условиях азиатской «роевой культуры», но в другой цивилизационной среде вряд ли применимо.

Европейский и российский ответ другой. Это не война, это чрезвычайная ситуация уже известного типа. Такие же были раньше и будут позже. Нужно последовательно дать три ответа на угрозу: медицинский, административный и экономический. Именно в таком порядке.

Разница в результатах, достигнутых в разных странах, объясняется тем, что правительства Германии, Франции, Италии, Испании, Нидерландов по-разному справились с этими тремя задачами.

– Многие говорят, что Китай с его мобилизационной моделью показал себя молодцом и теперь его репутация в мире укрепится. Значит, более популярной, скорее всего, станет жесткая, а не либеральная модель управления?


– Никакого запроса на жесткий авторитаризм после пандемии не возникнет ни в США, ни в Европе. А вот системы управления будут перестроены, начиная с таких сфер как национальное здравоохранение, санитарный надзор, государственные резервы и прочее.

Авторитарные персоналистские режимы – это скорее дань национальной традиции и проявление исторически сложившегося стиля властвования. Электоральный авторитаризм может долго подтверждать свою легитимность при условии, что он обеспечивает устойчивое развитие со справедливым распределением плодов этого развития.

– В любом случае, Китай теперь почувствовал себя более уверенно, он уже сам начал помогать другим странам. Насколько вероятно, что Поднебесная будет вести себя жестче, поэтому риск ее военного столкновения с США вырастет?

– Китаю нужно в первую очередь восстановить экономический рост, который по итогам года упадет до 2-3 процентов, что для Поднебесной катастрофично. Вряд ли в этих условиях Китай будет думать о какой-то активной внешней экспансии.

– А как изменится облик западной Европы? Многие предрекают теперь раскол Евросоюза.

– Думаю, будет постепенно вянуть и сворачиваться трансатлантическое сообщество, замкнутое на НАТО. В условиях пандемии стало вполне очевидно, что это полуживой анахронизм. Крупнейшие в истории военные учения НАТО «Защитник Европы» обернулись конфузом: командующий пал от вируса, войска, переброшенные через океан, вместо наступления заперлись в казармах. Сейчас «защитников», потерпевших поражение без единого выстрела, по-тихому отзывают.

Европейскому Союзу предстоит глубокая критическая переоценка своего устройства и положения. При всех довольно болезненных спорах, возникших между югом и севером Европы на фоне пандемии, ни одна страна не попросилась на выход. Скорее всего, мы увидим серьезные реформы, направленные на повышение эффективности этого объединения.