AZN = 53.44 RUB
USD = 90.84 RUB
EUR = 98.54 RUB
Новости дня

A
Художник по костюмам Русского драмтеатра в Азербайджане Ольга Аббасова раскрыла «Москва-Баку» секреты своей работы (фото)

Художник по костюмам Русского драмтеатра в Азербайджане Ольга Аббасова раскрыла «Москва-Баку» секреты своей работы (фото)

Самира Кязимова    "Москва-Баку"
06.02.2023 11:00

/upload/iblock/e19/e193eac223b7f55a3c43399a88e56c3a.JPG

Художник по костюмам Ольга Аббасова работает в Азербайджанском государственном академическом русском драматическом театре имени Самеда Вургуна в Баку более 35 лет. На ее счету 140 спектаклей и огромное количество сценических костюмов, каждый из которых единственный в своем роде. Корреспондент «Москва-Баку» побеседовала с заслуженным работником культуры, художником-постановщиком Ольгой Аббасовой, которая рассказала о своих корнях и секретах рождения сценического костюма. 

- С чего начиналась ваша работа в Русском драматическом театре? Как вы стали одним из лучших азербайджанских художников по костюмам?

- Я родилась и выросла в Баку. Бабушка по маминой линии – русская, а дед родом из Южного Азербайджана. В 1938 году его депортировали в Иран, и мама его больше никогда не видела. С раннего детства мне нравилось рисовать и шить. Мама научила строчить на швейной машинке. Окончив 159-ю школу в Баку, я поступила в Техническое художественное училище № 84. После того, как получила красный диплом по специальности «разрисовщик тканей», меня направили на работу в Управление «гороформления» при Баксовете, где я проработала шесть лет. Однажды увидела объявление о том, что мастерским Русского драматического театра требуются художники. Решила попробовать себя, отправилась в театр, и, меня взяли. Начинала с наружной рекламы. В то время в Баку устанавливали огромные щиты с указанием репертуара, которые приходилось обновлять каждые две недели. Через некоторое время меня перевели на должность заведующей бутафорского цеха, а еще через год начала работать художником-декоратором. В начале 90-х на тот момент директор Русского драмтеатра Марат Ибрагимов назначил меня заведующей постановочной части. Тогда же, параллельно с основной работой, я увлеклась театральными костюмами. Разрабатывала и рисовала эскизы, по которым в наших цехах шили наряды для артистов, выступающих на сцене Русской драмы. На сегодняшний день в моем послужном списке работа над 140 постановками. В четырех из них – «Короле Лире», «Снежной королеве», «Синьоре Тодеро-хулигане» и «Церемонии» я выступала также в качестве художника-постановщика, то есть, делала не только костюмы, но и декорации.

- Интересно, помните свой первый театральный костюм?

- Конечно! Только это был не один костюм, а около десяти. Моим первым спектаклем стала «Сказка о царе Салтане», которую ставила тогда азербайджанский режиссер Джаннет Селимова. Я попросила художника-постановщика Павла Асланова разрешить мне помочь ему сделать костюмы для актеров-исполнителей. Это были стилизованные красочные платья и кафтаны, словно сошедшие со страниц русской сказки.

- С чего начинается работа художника над спектаклем? С эскиза?

- Прежде всего со знакомства со сценарием. Я читаю его, а после обсуждаю с режиссером, который и определяет направление работы. Например, когда мы выпускали «Короля Лира», главный режиссер Александр Шаровский сказал мне: «Мне нужны такие универсальные костюмы, в которых можно было бы щеголять и в XVII, и в XXI веке». И я придумала длинные драпированные кожаные плащи, напоминающие современные одеяния. А когда мы с Александром Яковлевичем работали над чеховской «Чайкой», он потребовал отойти от театральных стандартов и разнообразить театральный гардероб актеров более яркими и легкими образами. Ведь в театральной среде существовали свои каноны. Так, одна из главных героинь Нина Заречная представала перед зрителями в белой блузке и черной юбке в пол. Но Шаровский решил ставить эдакую неклассическую классику с обилием оригинальных авторских мизансцен и различием характеров. Поэтому и костюмы героев спектакля должны были отличаться от театральной классики.

/upload/iblock/a75/a754894949380d8966a618dd1314999a.jpg

/upload/iblock/6ab/6ab61458c1b464f4646fd8ec1360fdbd.jpg

/upload/iblock/03a/03ac957b634cb0aebb6c17ee46b18097.jpg

- Интересно, в каком наряде предстала перед зрителями ваша Нина?

- У нее был целый гардероб таких нарядов. Нежно-зеленое, кружевное, белое. В начале спектакля Нина Заречная – юная, светлая и беззаботная, с мечтами, горящими глазами, а в конце – уже повидавшая многое в жизни. И вот эту перемену героини я захотела отобразить в ее финальном черно-красном костюме. Жесткость и агрессия, черное и красное. Никаких пастельных оттенков в наряде Нины при появлении в отцовском поместье быть не могло.

- Получается, цвет и фасон сценического наряда отображает характер и настроение героя?

- Так и есть. Собственно, специфика профессии художника по костюмам, в первую очередь, заключается в умении отразить характер персонажа при помощи его костюма. Важна гармония внешнего облика и внутреннего мира героя. Художник должен понять суть характера каждого персонажа. И костюмы должны раскрывать историю персонажей с первой секунды их появления на сцене, помогать показывать их развитие по сюжету. А для этого часто приходится нарушать привычные правила.

Помню, когда мы работали над созданием костюмов к комедии «Бесприданник», поставленной по одноименной пьесе российской писательницы Людмилы Разумовской, поспорили с актрисой нашего театра Александрой Никушиной. Она играла роль бабы Паши, бывшей передовой доярки, которая в поисках жениха обратилась в брачное агентство. Когда Никушина увидела свой сценический костюм, сходу сказала: «Ни за что не выйду на сцену в этом наряде!». Это было такое яркое, аляпистое платье, нарядная косынка, бусы. Мне пришлось объяснять актрисе такой выбор костюма. Баба Паша из глухой деревеньки, где живут в основном женщины, которые, собственно, и собирали подругу в поездку в город. И все эти наряды, бусы, косынка и платье, вытащили из бабушкиных сундуков, чтобы подруга выглядела «респектабельно». Никушина выслушала и согласилась со мной. А после генеральной репетиции призналась, что этот, казалось бы, несуразный на первый взгляд наряд, помог ей прочувствовать характер ее героини.

- Самый сложный сценический костюм в вашем исполнении. Какой он был?

- Это было платье королевы Елизаветы в постановке «Последняя страсть королевы» по пьесе Елены Поддубной. Красно-белое одеяние, расшитое жемчугом и гипюром. На сцену его вывозили на специальной тележке и одевали на главную героиню на глазах у зрителей. Сейчас платье Елизаветы хранится в коллекции театра.

- Над чем работаете сегодня?

- Мы готовимся к премьере спектакля «Беня Король и другие» по произведениям Исаака Бабеля и Шолом Алейхема, которая состоится 10 февраля. Она приурочена к юбилею режиссера Александра Шаровского. В постановке занята почти вся наша труппа – более 50 актеров. Во время выступления они переодеваются несколько раз, а значит нужно было сшить более 150 костюмов. Это довольно трудоемкий процесс. Сначала делаем эскизы, которые показываем главному режиссеру. Затем подбираем подходящие ткани и аксессуары, отражающие эпоху, воссоздаем стилистику того или иного периода. Наша главная задача - не сшить костюм своими руками, а создать образ, который поможет зрителю точнее понять характер персонажа. Вот так выглядит театральный эскиз. В уголке наброска я прилагаю кусочки ткани, из которого шьется наряд. Делается это для того, чтобы швеям было удобно работать. При театре действует два пошивочных цеха – женский и мужской. В них работает 7 человек, которые и «обшивают» всю труппу. Костюмы должны выглядеть образцово, несмотря на холод, жару или любые другие обстоятельства. При этом важно, чтобы все было сделано вовремя и качественно, поэтому художник по костюмам должен быть хорошим организатором. Для меня самое интересное – это начало, поиск образов... А самое сложное - пройти всю дистанцию до конца, не потеряв качество и сохранив задуманное. Благо, меня очень поддерживает и с большим пониманием относится к моим творческим пожеланиям директор Театра русской драмы Адалят Гаджиев.

- Сколько "живет" костюм?

- Если в театре спектакль идет один раз в месяц и за костюмом ухаживают - обновляют, чистят, латают, - он может прожить 30-35 лет. Это реальный срок жизни, хотя и очень условный. В каждом конкретном случае - свои нюансы. Вот, например, платье Елизаветы нельзя стирать. На нем слишком много тонких деталей, которые во время стирки могут повредиться. Поэтому, мы периодически обрабатываем его спиртом и выветриваем.

- Ольга, есть ли у вас любимая эпоха? Какие костюмы делаете с удовольствием?

- Мне нравится работать над историческими костюмами. Люблю эпоху рококо с ее рюшами, бантами, золотом, кружевами и шнуровкой. Такие наряды всегда отличаются своим великолепием и уникальностью. Вообще, к воссозданию костюмов любой эпохи следует подходить очень серьезно. Нужно учитывать самые мелкие детали. Имеет значение даже материал, из которого шьется наряд. Если работаешь, к примеру, над платьем средневековой героини, костюм шьется из бархата. Но не из искусственного, а настоящего. Он довольно тяжелый и красиво драпируется.

- Ваш кабинет заставлен авторскими куклами. Это все ваши работы?

- Да. Куклы – мое хобби. Я – самоучка. Мои первые куклы «родились» более десяти лет назад. Вот, они - забавные «Гоблин» и «Русская красавица», которые до сих пор я храню у себя в кабинете. Сначала лица куклам лепила из обычной глины. Эффект был не такой, как хотелось бы. Не хватало жизни и эмоций. Потом, как-то на гастролях в России нашла в магазине специальную полимерную глину. Привезла в Баку и засела за работу. Сегодня в моей коллекции около двадцати кукол. Две – «Шляпник» и «Женщина, читающая Пушкина» – приобрел у меня Центр Гейдара Алиева для своего музея. Мои куклы даже использовали в спектакле «Семейный портрет в интерьере». По замыслу режиссера героиня – бывшая актриса. Александр Яковлевич Шаровский решил, что куклы создадут определённую ауру. А с недавнего времени начала шить тряпичных кукол «Тильд». Они покорили меня своей миловидностью, простотой и душевностью.