AZN = 35.93 RUB
USD = 61.07 RUB
EUR = 63.39 RUB
Новости дня

A
Какие принципы Россия предлагает Баку и Еревану по мирному договору. Российский политолог

/upload/iblock/7ef/7ef48316840b323348c9b63ce05574e7.jpg

Бывший заместитель министра иностранных дел России (1990-1991) Андрей Федоров в интервью «Москва-Баку» затронул принципы, предложенные российской стороной Баку и Еревану по мирному договору.

- Андрей Владимирович, какая ситуация сегодня наблюдается в армяно-азербайджанском урегулировании?

- Мы находимся в состоянии стайера – бегуна на длинные дистанции. Забег на короткую дистанцию не удался, потом была попытка совершить забег на среднюю дистанцию – тоже не удалось. Теперь выходим на длинную дистанцию: весь переговорный, согласовательный процесс, выход на практические договоренности замедлилось по многим причинам. Поэтому в перспективе у нас длительный-длительный бег с разными скачками в сторону…

- То есть дошли до точки, когда оперативно взять и решить невозможно?

- Быстро уже, видимо, не получится. Как показала практика, так можно было сделать, когда ситуация была горячей – во время войны. После нее урегулирование постепенно стало обрастать огромным количеством боковых эффектов, в том числе в виде влияния различных сил. Все это привело к тому, что воз и ныне там…

После Второй Карабахской войны были ощущения больших перспектив. А прошло два года и ничего. Ждали большей скорости принятия решений, что всё, подписали трехстороннее заявление и теперь быстро переходим к практическим шагам: открываем дороги, проводим делимитацию и т.д. Сейчас «бегун» пошел на замедление, потому что понял, что бежать еще очень долго.

- В чем главная причина того, что в течение двух лет не удалось выполнить большинство пунктов трехстороннего заявления, что источник торможения?

- Причина в том, что процесс урегулирования на сегодняшний день оброс большим количеством игроков. Если бы это были только два игрока – Баку и Ереван, возможно, ситуация решалась бы быстрее. Но по факту сегодня можно насчитать в процесс 5-7 игроков. И эти игроки очень сильно расшатывают ситуацию и не дают сторонам принять решения.

- То есть действуют силы, которые хотят пересмотреть договоренности, зафиксированные в трехсторонних заявлениях, достигнутых при посредничестве Москвы?

- Я бы сказал, перевести эти договоренности в максимально замороженное состояние. Пересмотреть их очень трудно, это правовая процедура и пересмотр невозможен. А вот не выполнять – совершенно другое дело, это гораздо легче. Цель – свести реализацию к минимуму или вообще не выполнять договоренности – это та тактика, которая применяется сейчас. Этого заинтересованные силы добиваются разными способами – и дипломатическими, и недипломатическими методами. В США есть силы, которые считают, что сейчас настал момент, когда Армению можно забрать себе и вывести из ОДКБ. В этой связи стал показательным сентябрьский визит в Ереван спикера Палаты представителей США Нэнси Пелоси. После этого визита она написала Байдену записку, в которой четко сказала, что сейчас как раз тот самый момент, когда, затратив сравнительно небольшие политические и финансовые усилия – примерно миллиард долларов, мы можем полностью выключить Армению из ОДКБ и т.д. То есть игра для США, Армении стоит свеч. И договоренности, соглашения уже уходят на второй план, потому что началась большая игра, которая была невозможна до того. Сейчас разворачивается очень серьезная глобальная игра. Когда трехстороннее заявление подписывалось для прекращения войны, на тот момент была совершенно другая международная ситуация. С тех пор она очень сильно изменилась. Не в лучшую сторону для нас.

На регулярной основе проходят встречи между Азербайджаном и Арменией при посредничестве США.

По своим каналам я вижу, что давление на Армению со стороны Запада очень сильно возросло, очень сильно. Давление по отказу от достигнутых при посредничестве России договоренностей. Пусть армяне не обижаются, но в этой ситуации они становятся слабым звеном. И в урегулировании, и в ОДКБ, и т.д. Их расшатывают. И расшатывают не для того, естественно, чтобы стабилизировать ситуацию в регионе, добиться мира, а для того, чтобы оттеснить Россию из процесса.

Надеюсь, что Армения не выйдет из ОДКБ, но движение в эту сторону и попытки добиться этого, абсолютно налицо. Больше чем попытки: Армении совершенно четко говорится: «Ребята, выходите, мы вам все компенсируем». И ведь действительно компенсируют. Это реальность – за выход Армении из ОДКБ они готовы заплатить ей огромнейшие деньги.

Евросоюз тоже пытается играть здесь определенную роль. Макрон сейчас в преддверии брюссельских переговоров лидеров Азербайджана и Армении вновь активизировался. Это еще раз показывает – за посредничеством ЕС, за главой Евросовета и активизацией в урегулировании стоит Франция. Исторически Франция глубоко затянута в этот котел.

ЕС хочет играть на двух сторонах, но все же в большей степени на стороне Армении. Западные силы конкретно занялись Арменией.

Отсюда и критика со стороны западных стран Азербайджана. Они действуют по принципу: если стоит задача вывести Армению из-под влияния России, сделать ее частью своей команды, нужно в том числе для достижения цели критиковать Азербайджан.

Россия создала платформу по урегулированию, а Запад по этой платформе сейчас просто продвигается вперед. Если бы у нас сейчас не была в центре внимания ситуация вокруг Украины, наши действия на Южном Кавказе были бы более активными и серьезными.

Мы несколько упустили момент в урегулировании. Сделали огромную работу в кризисный период войны. А сейчас должны переводить все в другой статус – первичные достигнутые договоренности надо переводить во вторичные. Эта задача номер один. Иначе все и останется на уровне первичных договоренностей. А первичные договоренности часто стираются из памяти. Россия должна форсировать подготовку и подписание мирного договора. Нам уже пора нажать - сказать: месяц-полтора и подписываем, подписываем и все.

- А Москва этим занимается?

- Частично да, но не так, как это нужно, с моей сточки зрения. Нужно посадить обе стороны за стол переговоров и сказать: «Вот, дорогие друзья, мы уже два года мучаемся, давайте к такому-то числу положим текст мирного договора, потом будем смотреть, что кого устраивает, а что нет». Другого пути просто нет.

Ни одна из сторон по понятным причинам не хочет выкладывать все карты на стол. Заставить выложить карты на стол может только Россия.

- Президент России говорил, что текста нет, но при этом мы видим: стороны взаимно предлагают свои принципы, которые должны лечь в основу мирного договора, их предложила сторонам и Россия. В воздухе витает тезис о том, что договор может быть подписан до конца года… при посредничестве Москвы или Запада...

- Я в этом очень сомневаюсь. Ни с Россией, ни с Западом. Для России в приоритете – Украина. Для Запада – вряд ли он добьется согласования теста сторонами. Азербайджан и Армения могут принять документ, только если согласуют абсолютно все вопросы. Всё до последней запятой. А этого процесса, с моей точки зрения, пока вообще не наблюдается.

Это примерно то же самое, как у нас сейчас с Украиной – переговоров нет, а стартовые позиции расходятся. В дипломатии пока нет текста – все остальное – это разговоры ни о чем. Любой договор строится вокруг текста. Сейчас в вопросе мирного договора есть пожелания, «хотелки». Каждая сторона говорит о своих интересах – по вполне понятным причинам. Нужен текст, иначе мы обрекаем себя на стайерскую бесконечную дистанцию - говорильню, говорильню, говорильню с постепенным отказом от того, что было подписано.

В дипломатии процесс согласования текста, когда он затрагивает понятие территориальной целостности, крайне сложен. Это ситуация, при котором каждая из сторон должна принимать очень жесткие и ответственные политические решения. А для Армении любое политическое решение опасно тем, что вопрос в итоге будет решать улица.

Стороны должны сесть за стол переговоров и как это происходит в дипломатии, в первую корзину отнести те вопросы, по которым нет расхождений, во вторую отнести те, по которым есть согласие наполовину – в конечном итоге это все можно решить и корзины объединить. В третью отнести вопросы, по которым нет согласия. Долго по этим пунктам ругаться, но в итоге все равно согласовать.

- Президент России говорил, что из итогового сочинского заявления от 31 октября был исключен ряд «чувствительных для сторон моментов». Москва работает над разрешением этих «моментов»? Так понимаем, это вопрос статуса Карабаха – прежде всего?

- Мы над ними работаем. Но пока сдвигов нет. Вопрос статуса – да, конечно, один из центральных среди чувствительных. Это абсолютно понятно. Причем сегодня данный вопрос уже стал куда более геополитическим, чем локальным.

- Вопрос статуса Москва традиционно предлагает решать потом?

- Вопрос статуса - действительно большой вопрос. «Потом», на самом деле, не сильно всех устроит. Но я сомневаюсь, что в конечном счете Пашинян будет готов признать Карабах азербайджанским.

- Какие принципы Россия предложила азербайджанской и армянской сторонам положить в основу мирного договора?

- Прежде всего предлагается зафиксировать границы. Чтобы было четкое понимание, где проходит граница. От этого и исходить. А после – выполнять договоренности, которые будут на бумаге.

- Ведь изначально при подписании трехстороннего заявления от 10 ноября 2020 года Россия предлагала в урегулировании отталкиваться от экономического фактора – разблокирования транспортно-экономических связей… Подразумевалось, что экономика будет работать на сближение сторон. Получается, такой подход не вышел, пришлось пересмотреть его?

- Не совсем. Скорее это параллельные процессы, но решение по разблокированию снова же замедлилось, потому что появился другой международный фон, проснулись другие международные игроки, которые раньше «спали», а сейчас поняли, что они могут сыграть и сыграть довольно интересно для себя – сыграть в геополитическом плане, что принципиально важно.

Кроме того, по разблокированию стороны по-разному интерпретируют трехстороннее заявление. Нужен новый текст, который бы прописывал абсолютно все до мелочей, каждый вопрос и так, чтобы каждый пункт нельзя было никак по-своему в перспективе интерпретировать и пересматривать.

- Ереван, если бы не было этого западного фона, подписал бы мир?

- Думаю, до недавнего времени и на определенных условиях - да. Потому что для Еревана после урегулированию откроются экономические возможности. Но сейчас все уже по-другому повернулось. Армению стали манить шоколадной конфеткой. А когда у тебя перед глазами шоколадная конфетка, рука уже не тянется к карамельке.

- К чему вся эта ситуация приведет, к новым вспышкам эскалаций?

- Не думаю, потому что эскалация может происходить тогда, когда провоцирующий ее знает, что его кто-то поддержит. А сегодня сложилась ситуация, когда эскалацию никто поддерживать не будет. Длительные нудные переговоры – вот будущее, и полузамороженный процесс.