AZN = 35.58 RUB
USD = 60.48 RUB
EUR = 62.88 RUB
Новости дня

A
Политолог Алексей Наумов: Полагаю, мирный договор будет подписан и мы вскоре услышим, как Пашинян скажет: Карабах – это Азербайджан

Политолог Алексей Наумов: Полагаю, мирный договор будет подписан и мы вскоре услышим, как Пашинян скажет: Карабах – это Азербайджан

Нана Хоштария
04.11.2022 11:00

/upload/iblock/b2d/b2d52e978f02596e65eedc5a102be8bf.jpg

Публично анонсированные контакты по армяно-азербайджанскому урегулированию после недавней сочинской встречи лидеров России, Азербайджана и Армении активизировались. В Брюсселе прошло третье заседание совместной азербайджано-армянской комиссии по делимитации границы. В Москве "на полях" заседания секретарей советов безопасности стран СНГ состоялись трехсторонние переговоры секретарей данных структур России, Азербайджана и Армении.

Армянская сторона также анонсировала проведение на днях встречи глав МИД Азербайджана и Армении при посредничестве госсекретаря США Энтони Блинкена. На предстоящей же неделе в Совете Федерации РФ обсудят создание создание переговорной группы для трехстороннего межпарламентского диалога с Азербайджаном и Арменией.

Кроме того, в ноябре должна пройти новая встреча лидеров Азербайджана и Армении в Брюсселе при посредничестве главы Евросовета Шарля Мишеля.

Армянские СМИ со ссылкой на источники сообщили, что до конца года Армения все-таки подпишет с Азербайджаном мирное соглашение, в котором признает Карабах азербайджанским.

Ситуацию после сочинских переговоров для «Москва-Баку» разбирает эксперт Российского совета по международным делам Алексей Наумов.

Об итогах сочинских переговоров

- Если рассматривать итоги сочинских переговоров с точки зрения Москвы, то необходимо вписать их в контекст факта достигнутых 9 ноября 2020 года, 11 января и 26 ноября 2021 года ключевых договоренностей между лидерами России, Азербайджана и Армении по армяно-азербайджанскому урегулированию, запустивших этот процесс. Первое принятое лидерами заявление зафиксировало создание нового статус-кво, второе перевело его в практическую плоскость, третье зафиксировало ключевую роль Москвы в процессе и четвертое эту роль подтвердило.

Мы понимаем, что по мере продвижения сторон к окончательному мирному урегулированию, сложность в поиске компромиссных вариантов для их фиксирования в окончательном документе определении формулировок, заявлений, трактовке обязанностей и т.д. растет.

Мы не можем сказать, что встреча в Сочи была прорывной, не можем сказать, что именно она послужит делу окончательного мирного урегулирования. Но процесс движения к миру сам по себе очень сложный. Но и российские мирные инициативы, и потуги Евросоюза, и старания США в конечном итоге должны привести к заключению мирного соглашения. Все три актора стараются здесь работать в одном направлении, пусть и со своими целями.

Вспоминая слова российского президента, мы понимаем, что для России конфликт Азербайджана и Армении – это конфликт не чужих РФ и россиянам народов и поэтому исходим из того, что именно Россия является единственной страной-гарантом урегулирования, страной-миротворцем. Миротворческая роль позволяет России не только, как часто говорят, закрепить влияние в регионе, дело не только во влиянии, но в самой миссии. Миротворец – это та страна, которая все время стоит между двумя противоборствующими сторонами, когда каждая из этих сторон пытается победить. Именно миротворец должен сделать так, чтобы на фоне этой борьбы найти решение мирного сосуществования этих двух акторов. Это очень сложная роль.

Роль России как миротворца, как посредника переподтвердили в Сочи и Баку, и Ереван, переподтвердили, что Москва должна продолжить попытки примирения противоборствующих сторон. Также как стороны высоко оценили роль российских миротворцев. Все это свидетельство того, что российская роль признается очень важной и ключевой, и что попытки Евросоюза и США перехватить инициативу на само деле проваливаются.

Но как я и сказал, движению к миру помогут и встречи в Москве, и встречи в Брюсселе, и встречи в Вашингтоне. При этом ключевой страной в урегулировании остается Россия. Российские миротворцы размещены в регионе, для России народы не чужие, и конфликт не чужой, конфликт тех людей, которые нам близки и которых мы понимаем. В такой парадигме и можно рассматривать итоги сочинской встречи.

О вопросе «статуса Карабаха

- Вопрос «статуса» Карабаха для сторон – один из основных. Азербайджан считает, что статуса никакого быть не может и данный вопрос по итогам Второй Карабахской войны закрыт. Так и есть: очевидно, что вопрос статуса в полном смысле действительно закрыт. Однако для армянской стороны, как для страны проигравшей в войне, очень важно, чтобы ее озабоченность в связи с Карабахом как-то были упомянуты в потенциальном мирном договоре.

Решение, анонсированное Владимиром Путиным на сочинском саммите решать все «чувствительные вопросы», которые удалили из итогового заявления, в закрытом режиме, означает, что процесс урегулирования выходит на прямую. За закрытыми дверями - это эффективнее, чем их муссировать публично, провоцируя ненужную волну внутри стран.

Азербайджан понимает слово «статус» в полноценном смысле, именно как статус правовой, статус юридический, государственный – с точки зрения государственного устройства. При этом мы понимаем, что дипломатия, как и политика, это искусств возможного. Пункт о статусе в мирном договоре может быть зафиксирован, но с тем значением, которое бы никоим образом не вредило азербайджанской стороне и не расходилось с международным правом. Роль дипломатии в том и состоит, чтобы примирять стороны и не позволить им потерять лицо. Окончательный разгром Армении может привести к военному перевороту в республике и вновь создать на Южном Кавказе очаг нестабильности. А фиксирование вопроса статуса в итоговом мирном соглашении с должными дипломатическими формулировками можно подать так, что Карабах – это территория Азербайджана, что Армения признает его таковым, но ей при этом очень важно, что там происходит. В нашем и азербайджанском восприятии ответом на это будет: «Спасибо, мы поняли, что вам очень важно, на этом до свидания». То есть дипломатически правильно подобранная формулировка о «статусе» позволит Еревану сохранить какое-то лицо перед своими избирателями и покажет, при этом покажет, что территориальная целостность Азербайджана признается и никто на нее не претендует более.

О попытках втянуть Запад в регион

- Никол Пашинян во время личной встречи в Сочи перед трехсторонними переговорами в очередной раз вел свою дипломатическую игру и пытался показать России, что если вы не будете отстаивать наши интересы, то мы напомним, что у нас есть другие страны-партнеры, на которых мы можем положиться. Никол Пашинян, мне показалось, постарался использовать личную встречу в Путиным в Сочи по-максимуму для своих целей, отнюдь, традиционно не способствующих мирному урегулированию.

Премьер Армении пытался на встрече с Путиным продвинуть вопрос возвращения азербайджанских сил на некие исходные позиции. Но ему этого так и не удалось.

До этого Пашинян последовательно критиковал Россию и ОДКБ за «недостаточную» реакцию на эскалацию на армяно-азербайджанской границе. Зачем? Пашинян придерживается тактики, наверное, единственно доступной в его положении. Его страна проиграла войну, его страна находится на невыгодных позициях с точки зрения юриспруденции, потому что международное право утверждает, что Карабах – это Азербайджан. И поэтому он пытается сделать единственно возможное, что ему остается – это искать посредников и убеждать их в необходимости как-то изменить положение дел «на земле», изменить исход войны, какие-то юридические факты. Но мы видим, что это не получается. Нельзя разговорами изменить факты. То, что это не удается, безусловно, это во многом победа азербайджанской дипломатии, Азербайджан приближается к своей цели, к окончательному урегулированию конфликта, признанию территориальной целостности со стороны всех участников международных отношений, и я думаю, мы дождемся того момента, когда Пашинян скажет: «Карабах – это Азербайджан». И подписано мирное соглашение должно быть исключительно при посредничестве России. Потому что у нас особое отношение к региону, к соседям.

Россия тянет свою дипломатическую ношу, которую она взвалила на себя с согласия Баку и Еревана и отбивает эти попытки вновь внести в трудное, тяжелое, действительно тягомотное дело мирного урегулирования свои какие-то политические желания армянского лидера.

О реакции Запада на «Сочи»

- Запад действительно будет сейчас пытаться бросить всё своё дипломатическое влияние и все свои усилия на обратный перехват у России инициатив по азербайджано-армянскому урегулированию. Попытается подписать мирный договор, но думаю, не получится. Сочинская встреча показала, что перехватить у России инициативу Западу на Южном Кавказе трудно.

В скором времени пройдет новый брюссельский трехсторонний саммит. На сочинском форуме не произошло прорыва, но я полагаю, что в деле заключения мира, когда дело подходит уже к финальному разрешению, прорывы редко бывают. Здесь итоговым прорывом станет окончательное подписание сторонами мирного договора и окончательное признание Арменией нового статус-кво и территориальной целостности Азербайджана.

Посмотрим, что будет в Брюсселе. Никол Пашинян пытается хеджировать риски. С Россией ему не удалось добиться продвижения его контрпродуктивных желаний. Он пробует с Западом. Если и с Западом не получится, возможно, он поймет, что здесь ему уже надо идти на уступки. Вопрос, где именно и как они будут зафиксированы. Потому что в итоге мы понимаем, что территориальная целостность Азербайджана будет признана Ереваном в любом случае, вопрос, как это будет обставлено и сколько еще встреч для этого потребуется.

Пашинян будет оттягивать неизбежный «карабахский» конец для Армении, пытаясь максимально выторговать какие-то преференции, формальные, ничего не значащие статусы. Будет пытаться бегать между покровителями и стараться что-то для себя нажить. Но итог неизбежен. Я надеюсь, что до конца года мирный договор будет подписан, а если нет, то вскоре после. Путь к миру труден, порой некрасив, но тем не менее неизбежен. И это самое важное.